Перейти к публикации
Новости

Дорогой Гость!

Добро пожаловать на Форум Телезритель. Как и в большинстве интернет-сообществ, для получения возможности оставлять свои комментарии или задать вопрос другим пользователям на актуальные темы, Вам необходимо войти под своей учётной записью или пройти быструю процедуру регистрации.


Водолей

Российское образование

Рекомендованные сообщения

Сергий Серебрянический

Статья про учительницу

 мне в 2006 году присвоили звание заслуженного учителя Российской Федерации

http://www.mr7.ru/articles/92414/

 

 
Школьники XXI века: более развитые, но менее здоровые

25 ноября 2013 11:15 Елена Барковская

 

«К сожалению, многие выпускники пополняют генофонд европейских стран и Америки. Если раньше они уезжали после института, то сейчас — уже в восьмом, девятом классах», - говорит Марина Полникова, учитель начальных классов Второй Санкт-Петербургской гимназии и одна из победительниц конкурса лучших педагогов города.

(…)

— Считаете ли вы нынешнюю нагрузку на детей большой?

— Да. Когда мы переходили на четырехлетнее обучение в начальной школе, говорилось о том, что детям облегчают жизнь: программу растянут на четыре года. Но ввели новые предметы, например, основы религиозной культуры и светской этики.

(…)

многие школы Петербурга перешли на шестидневное обучение. Это очень плохо: во-первых, ребенок лишается выходного дня в семье, а во-вторых — здоровья.

Полный текст http://www.mr7.ru/articles/92414/

 

Прочитал и думаю - радоваться тому, что мы загранице нездороовый генофонд подсовываем?

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Вадим  великолепный

многие школы Петербурга перешли на шестидневное обучение

 

Долбанутые  школы.  

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Новая система аттестации вузов от Кузьминова – крест на высшем образовании России

5bc9f35f.jpg

По ставшему традиционным для разрушительных «реформ» либерал-глобалистов сценарию об очередных изменениях в высшем образовании поведал один из главных «агентов перемен» – ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов. Как и его коллега банкстер Герман Греф, недавно предложивший отправить на свалку истории физико-математические спецшколы, Кузьминов откровенно диктует Правительству РФ директивы заокеанских хозяев. Ранее он заявлял о замене лекторов на онлайн-курсы в собственной вотчине, а теперь данная «инновация» будет распространена на все российские вузы. Совершенно ясно, что эта инициатива приведет к уничтожению значительной части национальной системы подготовки кадров – научных, профессиональных, педагогических… То есть вслед за внедрением дебилизирующей «электронной школы» в общее образование, форсайтщики всерьез взялись за слом высшей школы. Как говорится – приехали…

Кузьминов, а вслед за ним и филиал Высшей школы экономики-- Минобр, планируют перевести студентов на онлайн-обучение под соусом изменения системы аккредитации вузов. Все университеты будут разделены на три категории: базовые, продвинутые и ведущие. Продвинутая аккредитация предполагает, что вуз сможет все курсы готовить своими силами. Высшую (ведущую) аккредитацию получат те вузы, которые обязуются все свои базовые курсы по профильному направлению и значительное число курсов по выбору реализовать в онлайн-форме и сделать доступными для широкой аудитории. Попавшие в третью (базовую) группу будут обязаны заместить 70% проводимых занятий онлайн-курсами, которые разработают ведущие вузы. Объясняется все это красивыми словами: «заботой о качестве обучения», «мировыми трендами в образовательных технологиях», «цифровизацией» и нашим якобы тотальным отставанием во всех этих областях.

На самом деле отголоски этого разрушения можно было услышать в прошлом году, на официальных мероприятиях типа подведения итогов «Результатов независимой оценки качества образовательной деятельности в вузах РФ-2017». Тогда чиновники Минобрнауки презентовали общественности рейтинг российских университетов, полученный в результате голосования преподавателей, студентов и их родителей. От этого рейтинга напрямую зависит финансовая поддержка высших учебных заведений. По вроде бы независимой оценке преподавателей, студентов и их родителей абсолютное лидерство среди «вузов народного доверия» почему-то захватили малоизвестные на федеральном уровне частные учебные заведения. Это не шутка – из 38 «лучших» в лидерах оказались аж целых 23 малоизвестных коммерческих вуза!

Эксперты пришли к логичному выводу: обсуждаемый рейтинг «качества образовательной деятельности» был реализован для «выравнивания» в образовательной среде, для возможности частным вузам с небогатой историей и не слишком высоким авторитетом как-то проявить себя на почве инноваций и благожелательного отношения к студентам. Наверно, именно этим можно объяснить отсутствие в списке лидеров, к примеру, МГУ, МИФИ, МГЛУ, Бауманки, Первого медицинского или Московской Консерватории. Уж вряд ли у них ужасно неинформативные интернет-сайты или менее «дружественная среда» по отношению к студентам. Таким образом подтвердилась явная тенденция на уход государства с рынка «образовательных услуг».

Задуманная Кузьминовым сотоварищи сегрегация вузов по принципу «онлайн-доноров и рецепиентов» наверняка будет поддержана ректорами и преподавателями ведущих вузов которые при хорошей материальной заинтересованности без проблем переведут свои курсы в онлайн-формат. Но, как отмечается в материале сетевого сообщества «За возрождение образования», сразу можно сказать, что результатом этой работы будет (по большей части) убогая халтура без каких-либо признаков интеллекта (искусственного или естественного). И причин тому несколько. Во-первых, профессора и доценты-читатели лекций для элитных выпускников спецшкол отлично понимают: базовым университетам их материалы впрок не пойдут, местные студенты не осилят данный материал (особенно в режиме онлайн). Желающих убиваться, заведомо зная, что результаты пойдут псу под хвост, найдется немного. Во-вторых, контролировать и оценивать эти курсы с методических позиций невозможно ввиду их уникальности для каждой кафедры каждого факультета того или иного вуза.

Мы уже не говорим о том, что система дистанционного обучения порочна по своей сути и никогда не сможет заменить реального общения студентов с преподавателем (об этом ранее «Катюше» подробно рассказывал академик Георгий Фурсей). Но также должно быть очевидно, что предлагаемый Кузьминовым вариант, основанный на «лучших курсах лучших вузов», убьет реальное образование в вузах третьей группы сразу и насовсем. На первом этапе, когда вузы будут распределять по этим группам, команда университетских «эффективных менеджеров» будет пыхтеть и пыжиться, чтобы не попасть в третий разряд. Именно это, а вовсе не судьба отечественного образования, станет их главной заботой. В то же время «жирные коты» в ректоратах ведущих вузов обеими руками проголосуют за новый формат аттестации – так либерал-глобалисты умело реализуют принцип «разделяй и властвуй». 

Неподписавшийся эксперт справедливо замечает, что пока широким массам будут с помпой внушать: мол, теперь программы лучших университетов станут доступны студентам периферийных вузов, что есть «величайшее благо». Но при этом за кадром останется ключевой вопрос, почему этим благом осчастливили только самые слабые вузы, а для второй «продвинутой» группы все остается по-прежнему? Очевидно, что таким образом реформаторы страхуют себя от консолидации народного гнева и протестов образовательного сообщества. 

На самом деле со временем придет очередь и вузов «второго порядка», а для начала под сокращение попадут 70% преподавательского состава в самых несчастных университетах. Можно представить себе, какая грызня начнется между работниками вузов за сохранение рабочего места и ставки. Мнящие себя наиболее компетентными даже будут надеяться, что уж их-то точно не сократят, а может еще и прибавят зарплату… 

Приведем расширенную цитату, позволяющую трезво оценить всю пропасть между роботизированным обучением с помощью искусственного интеллекта и живым человеческим общением:
«Известно, что ведущие IT-корпорации вкладывают большие средства в разработку компьютерных переводчиков, привлекают для этого лучших специалистов. Исследования в данной области идут более трех десятилетий. Результат проделанной работы может оценить каждый. Возьмите абзац текста, переведите его гугл-переводчиком с русского на английский, а потом обратно, и прочитайте результат. Вы неизбежно согласитесь, что преподаватель английского языка справился бы с этой задачей лучше. А ведь способность переводить – не самая сложная часть его работы. Хороший преподаватель должен уметь излагать материал ясно и доступно, передавать ученикам свою заинтересованность предметом, по сути, питать их энергией. Но еще более важно умение видеть то, что им непонятно, и вместе преодолевать это непонимание. Никакая обучающая система на сегодня эти функции выполнять не может и едва ли сможет в будущем. Человек — создание социальное, и есть непреложные законы его формирования и развития. Один из них сформулирован великим педагогом К.Д. Ушинским: «Личность формируется личностью». Передача обучения и воспитания компьютерным системам не даст на выходе человека». 

Здесь и скрывается ответ на первопричину всех преобразований: дегуманизаторам развитая человеческая личность попросту не нужна, они всеми силами стремятся умножить ее на ноль. Причем делают это уже не скрываясь, самыми жесткими административными методами. Любое отклонение от предписанных параметров аттестации будет караться закрытием университета. Удивительно, но никто даже не скрывает, что роль «министров образования» – Котюкова и Васильевой — в этом переформатировании будет ничтожной. Так, представителей Минпросвета даже не включили в «межведомственную комиссию», которая должна утрясти параметры реформы. А ведь Васильева не так давно мечтала взять под крыло педагогические вузы, большинство из которых теперь обречено получить «базовую» и будет фактически ликвидировано.
Теперь, когда всем нам понятно, зачем и почему уничтожается фундаментальное российское образование, выживающее сегодня исключительно на великом наследии русской и советской школы, остается задаться главным вопросов: как этому противостоять, найдутся ли в стране здравомыслящие силы, чтобы остановить этот либерал-глобалистский каток? По нашему мнению, нужна полная консолидация студентов, преподавателей, патриотической и родительской общественности – одними лишь гневными письмами в профильные ведомства и Администрацию Президента здесь не обойдешься. Кузьминов и его кураторы закладывают под наш суверенитет, нашу нацбезопасность, само будущее нашей страны бомбу замедленного действия. И обезвредить ее можно лишь сплотив усилия – тогда, глядишь, ВШЭ вместе со своими хозяевами канет в Лету, как это недавно произошло с ФАНО, успевшим лишь немного «эффективно пооптимизировать» деятельность РАН. 

РИА Катюша 19.10.2018

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Министр просвещения Ольга Васильева путается в показаниях пытаясь усидеть на двух стульях.5b3b8dc2.jpg

Министр просвещения Ольга Васильева пытается выкрутиться из опасной для себя ситуации, в которую она загнала себя попытавшись усидеть на двух стульях. После разгромной критики «Катюши» и других патриотических ресурсов, а также организованного патриотами вала обращений по поводу цифровизации школы, Васильева снова стала заигрывать с патриотами, заявив что «страхи полной замены бумажных учебников, как и разговоры о том, что исчезнет письмо, а останется только клавиатура — беспочвенны». Но эти метания ей вряд ли помогут: на стороне либерал-глобалистов из Высшей школы экономики выступил глава Счетной палаты Алексей Кудрин, чье ведомство выявило нарушения в Минобрнауки.

Как уже рассказывала «Катюша», Ольга Васильева, сохранившая должность министра благодаря заступничеству некоторых иерархов РПЦ и отдельных высокопоставленных «захожан», а также благодаря нашей с вами поддержке (которую патриоты обеспечили Васильевой за принципиальную позицию при утверждении ФГОС по русскому и литературе), став министром, тут же «переобулась» и стала активно «топить» за цифровизацию школы. В «благодарность» Васильева тут же получила шквал гневных писем – в частности, вот таких.

5b370e00.jpg
5b370e0c.jpg

Авторитетные деятели науки и образования, раньше открыто поддержавшие Васильеву, не скрывали своего негодования и возмущения

Деятели науки и образования о деятельности Ольги Васильевой на посту министра просвещения  03.07.2018

Пользователь: РИА КАТЮША


РИА Катюша 03.07.2018

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Подвиг Васильевой: министр образования бросила вызов либерал-глобалистам с их «вариативностью» преподавания русского языка и литературы. 22.03.2018

5ab380a0.jpg

Похоже, что в российском образовании все-таки будут изменения. На фоне слухов из телеграм-каналов о предстоящей отставке министра образования Ольги Васильевой (которая до сих пор не оправдывала надежд патриотов, не сумев добиться смены и даже коррекции фурсенковско-ливанского курса на дебилизацию русских детей, несмотря на громкие обещания ), Ольга Юрьевна заявила о разработке поистине революционного ФГОСа, призванного вернуть нас к лучшим традициям русской (советской) школы. Людеардеры в лице главы Высшей школы экономии Ярослава Кузьминова и идеолога «реформы» образования Александра Асмолова по-прежнему уверены в своем всевластии и безграничных полномочиях. Почувствовав запах жареного, либерал-глобалисты заручились поддержкой «продвинутых» преподавателей (в том числе из своих вотчин — ВШЭ, РАО, ФИРО, психфака МГУ) и бросили Васильевой вызов. РИА Катюша представляет обзорный репортаж с учебных полей сражений. 

19 марта в Минобрнауки должно было пройти заседание Совета по образовательным стандартам. Главным пунктом в повестке стояло принятие нового ФГОС (федеральный государственный образовательный стандарт) по русскому языку и литературе. Он полностью соответствует предыдущим заявлениям Васильевой по необходимости создания в стране единого образовательного пространства, унификации учебников, привязки изучаемых произведений к классам обучения, единых критериев для оценки результатов освоения учебного предмета. В проекте ФГОС часто звучат слова «русская культура», «русская литература», «русский язык», характеризуемые как абсолютные ценности. 


Ключевыми задачами изучения русского языка и литературы в школе названы:

- включение в культурно-языковое поле русской и общечеловеческой культуры, воспитание ценностного отношения как носителю культуры, как государственному языку РФ, языку межнационального общения народов России,
- осознание тесной связи между языковым, литературным, интеллектуальным, духовно-нравственным развитием личности и ее социальным ростом,
- приобщение к российскому литературному наследию и через него — к сокровищам отечественной и мировой культуры; формирование причастности к национальным свершениям, традициям и осознание исторической преемственности поколений,
- развитие способности глубокого понимания содержания литературных произведений; овладение процедурами смыслового и эстетического анализа текста; формирование умений воспринимать, анализировать, критически оценивать прочитанное, осознавать художественную картину жизни, отраженную в литературном произведении, на уровне не только эмоционального восприятия, но и интеллектуального осмысления,
- формирование потребности в систематическом чтении как способе познания мира и себя в этом мире, источнике эмоциональных и эстетических впечатлений, а также средстве гармонизации отношений человека и общества,
- понимание литературы как одной из основных культурных ценностей народа; осмысление собственной национально-культурной идентичности как гражданина и патриота своей страны. 


Среди требований к предметному изучению литературы — знание содержания 235 произведений из «золотой литературной классики». Как отметила сама Васильева, «это корпус произведений, изучение которых в школе воспринимается всем обществом как культурная норма». При этом из программы исключены развращающие сочинения псевдоклассиков 21 века типа Виктора Пелевина илилюбительницы извращений Людмилы Улицкой. Нет там и писателей-экспериментаторов для тех, кто помладше (к слову, именно их «творчество» не так давно раскритиковала детский омбудсмен Анна Кузнецова). 

Однако в последний момент принятие ФГОС было перенесено с 19 на 21 марта. Как рассказали сами члены Совета, они решили «лучше подготовиться к обсуждению». В итоге в минувшую среду Минобрнауки большинством голосов без изменений принял ФГОС начального общего образования, а проект ФГОС основного общего образования было решено отправить на доработку с последующим повторным рассмотрением.

Главной помехой для Васильевой ожидаемо оказались разрушители русской школы. С негодующим письмом в адрес министра образования России обратился ректор ВШЭ Кузьминов. Он выразил недовольство тем, что проект обновленных ФГОС содержит единые высокие требования ко всем обучающимся, а не делит их на «углубленно изучающих» школьные предметы и всех прочих — то есть не соответствует его кастовым представлениям о «служебных людях» и «элите» в системе образования. А еще сторонника замены живых лекций удаленными курсами возмутило, что от ученика требуют достичь конкретных «предметных результатов», исключая в качестве критерия оценки абстрактное понятие «планируемые результаты».


С ним согласен еще один могильщик отечественного образования со стажем — директор Федерального института развития образования Александр Асмолов, назвавший новые ФГОСы «стандартами Юрского периода». «Если их примут, ученики будут завалены опытом прошлого и набором готовых рецептов», — витиевато высказался главный внедритель т.н. «вариативности» в школе, о принципах которой мы подробно расскажем чуть ниже.

Одновременно с этой критикой 19 марта на сайте некоей «Гильдии словесников» публикуется текст с громким названием «Открытое письмо учителей литературы, методистов, вузовских преподавателей», который подписали более 800 человек. Очень похоже, что к этому наспех состряпанному документу от адептов «рынка образовательных услуг» приложили руку те же господа Кузьминов и Асмолов. Они не на шутку перепугались, раз реагируют таким образом:

«Подготовленные Минобрнауки документы перечеркивают логику развития всей системы школьного образования за последние десятилетия, лишая школу вариативности (снова это ключевое слово — вариативность! — прим. ред.) в построении программ, попирая основы закона об образовании и те академические свободы, которые определены школам», — говорят авторы послания Васильевой, чувствующие, что их почти 30-летняя гегемония может бесславно завершиться. Как будто они не знают, что подавляющее большинство россиян от радости захлопают в ладоши и наконец вздохнут спокойно, если асмоловско-фурсенковская «логика развития школьного образования» будет перечеркнута!

Все аргументы подписантов, среди которых хватает сотрудников той же ВШЭ, высосаны из пальца и потому легко бьются. Вот, например, они пишут: «Прочитать и обсудить на уроках все включенные в программу (часть нового стандарта) тексты вдумчиво и качественно невозможно. Программа перегружена произведениями (двести тридцать пять произведений за пять лет обучения), зачастую объемными и имеющими сложную художественную природу». Подумать только! 235 произведений, две трети которых — стихотворения. Примерно 5 произведений в месяц, причем далеко не все знаковые работы великих классиков Пушкина, Достоевского, Л.Н. Толстого, Чехова вошли в этот список. А ведь есть еще летние каникулы и прекрасно зарекомендовавший себя способ чтения во время отдыха. 

«Произведения жестко прикреплены к классам, в которых они изучаются. Однако ученики и классы всегда разные, внутренний возраст ребенка зачастую не совпадает с номером класса. У учителя должна быть возможность переставлять произведения между классами, как предполагают существующий стандарт и примерная программа к нему. Сейчас в России есть несколько линеек учебников литературы, по которым учатся дети. В них одни и те же произведения из обязательного списка могут изучаться в разных классах, в новом же проекте этому разнообразию подходов положен конец, существующие линейки учебников аннулируются. 

Отметим и юридическую несообразность проекта. Он предполагает безальтернативность учебника и единообразие рабочих программ по всей стране, тогда как в Федеральном законе "Об образовании в Российской Федерации" (п. 7 статьи 12 ФЗ №273) сказано, что рабочие программы по предметам составляются на основе примерных образовательных программ», 
— жалуются авторы письма. 

Довольно странно звучит протест против единой линейки учебников в пользу полусотни десятков пособий по литературе всех мастей, как и апелляция к «внутреннему возрасту ребенка». На самом деле либералы очень опасаются, что из фрагментарного процесса, в котором нет четких критериев оценки и, следовательно, никто ни за что не отвечает, в России будет воссоздано единое образовательное пространство. О важности стандартизации учебников Васильева говорит с самого начала своей работы — и здесь она опять же жестко пикируется с Кузьминовым, который считает, что через пять лет традиционный учебник просто перестанет существовать. Национальное образование является для этого господина пережитком прошлого, ведь в рамках выполнения заказа транснацкорпораций достаточно адаптировать новое поколение рабов к «бурно развивающемуся миру». Для этого хватит компьютера с интернетом и какого-нибудь облачного сервиса, в котором хранятся примитивные пособия для безродных космополитов. 

«Родная культура определяет происходящее по ее нормам (традициям) общение ребенка со сверстниками, взрослыми, с окружающим его миром, выстраивает отношения с природой, людьми, с самим собой. А системность в этот процесс привносит учебник. Он упорядочивает, обобщает взгляд на вещи, описывает, объясняет и фиксирует. Рисует запоминающиеся навсегда образы природы, народа, Родины. Хотите узнать, как гражданин той или иной страны видит себя и других, – откройте учебники, по которым он учился в школе. Убери из детства наших детей эти единственные и на всю жизнь объединяющие их книги, и мы получим поколение, "выпавшее из контекста". Оно будет образованно, но не будет при этом носителем общих смыслов, общих представлений о героях и антигероях своего народа, своей страны. Они не смогут чувствовать себе гражданами, ибо гражданская совесть и гражданская ответственность — это чувства, прежде всего», — таковы прошлогодние тезисы министра в поддержку унификации учебников. 

В предложенных реформах по ФГОСам Васильева также опирается на утвержденную Президентом в конце 2015 г. Стратегию национальной безопасности России. Посыл совершенно верный, тогда как Кузьминов сотоварищи как раз работают над тем, чтобы наши дети навсегда «выпали из контекста» родной культуры. Для этих законченных рыночников Родина там, где можно хорошо продать «человеческий капитал». Они сознательно пренебрегают интересами страны, следовательно — создают явную угрозу нацбезопасности. 

«Программа исключает литературу, популярную среди детей: современную литературу, литературу, написанную для подростков. Таким образом, предложенный в проекте документа список произведений является серьезным шагом назад в построении программы по литературе, не учитывает интересов ученика и учителя, отстал от современной науки о литературе; он не берет в расчет изменившихся практик чтения, не отвечает вызовам времени», — заявляют протестующие вместе с ВШЭ педагоги.

Действительно, в «золотом стандарте» Васильевой нет постмодернистских поделок Пелевина или Сорокина, нет «Гарри Поттера» и Григория Остера с прочей растлевающей детские души литературой, художественная, педагогическая и моральная ценность которой весьма сомнительна. Но мы не будем переживать от такого «несоответствия вызовам времени», т.е. от того, что пока еще не скатились в полнейшее болото и продолжаем питаться русской классикой, а не либеральной печатной помойкой, о чем мечтают подписанты. 

Наконец, ключевое требование противников ФГОС — «отказаться от жесткого распределения произведений по годам обучения и невариативного, неструктурированного списка обязательной литературы». Отсутствие вариативности — вот что сильнее всего злит неореформаторов и подписавшихся за них педагогов. Почему же они как с цепи сорвались, почувствовав угрозу потери своей власти? 

Сделаем небольшой экскурс в концепцию вариативности и ее лоббистов в России.

До настоящего времени, согласно законодательству, все ФГОС были отданы на откуп учебным заведениям. Минобрнауки самоустранилось от процесса, разрабатывая только общие принципы формирования стандартов. Получается, что директор образовательного центра в одном из районов крупного города утверждает один ФГОС, под который делается почасовое расписание, набирается трудовой коллектив, а в соседнем районе он уже совсем другой — со своей расчасовкой и кадровым составом. У истоков «вариативности» в России стоит еще один сегодняшний противник Васильевой — Александр Асмолов. На протяжении 90-х годов прошлого века он выполнял роль теневого министра образования, оставаясь первым замом при регулярно меняющихся главах ведомства. 

Своим духовным гуру Асмолов всегда называл психолога Л. Выготского, стоявшего в 1920-е годы у истоков так называемой советской педологии. В основу этой «науки» были положены социал-дарвинистские, расистские принципы, разработанные Чарльзом Дарвиным и американским психологом Грэнвилл Стенли Холлом. Выготский выступал продолжателем их идей. 

Если вкратце, суть в следующем: сторонники педологии в вопросах воспитания и обучения детей отдают приоритет генетике и антропологии. С их точки зрения, способность к обучаемости у ребенка обусловлена генетически. Дети, происходящие из определенной социальной среды, якобы неспособны воспринимать учебные предметы в полном объеме — таких надо отправлять в спецклассы. Так же, как нацисты в Германии по черепу определяли расовые признаки, «ученые» от педологии по размеру черепной коробки делали вывод об умственных способностях детей.

В педологическую практику широко внедрялись психологические тесты. И вслед за этим шла сортировка по классам — для «продвинутых» и «умственно отсталых», причем происходило это на общегосударственном уровне.

В 1927 г. в СССР был проведен первый педологический съезд, в котором принимали участие А. Луначарский, Н. Крупская, Н. Бухарин — т.е. лица, определявшие культурно-образовательные стандарты Советской России. На том съезде Бухарин предупреждал, что увлечение антропологией и расовыми подходами может стать основанием для обвинения большевиков в нацизме и фашизме.

При Сталине в 1936 году педология была запрещена, советская школа вернулась к педагогическим теориям, прекратилось проведение тестов и педологическая практика преподавания циклами, а не предметами — тогда не изучали как таковые математику, историю, литературу, а грубо говоря, «валили все в одну кучу» (как пытаются делать сейчас, навязывая «модульное» образование). А через 60 лет, в 1997 г., история делает круг: в России выходит первый номер журнала «Педология» с предисловием Асмолова, который не без пафоса писал, что это событие знаменует «реабилитацию оболганной сталинским тоталитарным режимом выдающейся науки о воспитании и обучении детей». Среди авторов номера, кстати, можно найти упомянутого выше Остера и рупора глобалистов Владимира Познера.

В Советском Союзе существовало несколько научно-исследовательских институтов, которые занимались проблемами образования разных уровней: Научно-исследовательский институт высшего образования, Институт общего образования, Институт развития профессионального образования, Институт проблем развития среднего профессионального образования, Институт национальных проблем образования. В 2005 году все эти пять институтов «оптимизировали» в единый Федеральный институт развития образования (ФИРО), директором которого был назначен г-н Асмолов.

Большинство методологических разработок, внедряемых сегодня через Минобрнауки, основываются на экспертных заключениях ФИРО. Сам Асмолов гордо заявляет, что он первым из деятелей образования в 1991 г. ввел понятие «вариативность» и на протяжении двадцати лет боролся «не на жизнь, а на смерть» с противниками этой теории. В 2011 г. многолетняя борьба завершилась победой реформатора — он констатировал, что «идеи вариативности овладели массами».

Как видим, «вариативность» Асмолова — это как раз и есть те самые идеи педологии, с первых классов разделяющие учеников на элиту, середнячков и неприкасаемых. Практическое применение они получили в Забайкальском крае, где одно время действовала программа «Модернизации детского движения», спонсируемая фондом Ротшильда-Ходорковского. Дети в ней прямо называются «участниками рынка воспитательных и развивающих услуг» и разделяются на три касты: «избранных» (те, которые войдут в «креативный класс»), «пролетариат и крестьянство» и «обслуживающий класс». 20% «избранных» должны получать среднее образование по высшим стандартам, и только они в дальнейшем имеют право на поступление в вузы. Сюда же можно отнести и образовательные эксперименты над детьми, которые, с благословения федеральных и местных чиновников, проводятся в Архангельской области в поселке Урдома. 

Сегодня в Москве (и тихой сапой — по всей стране) под видом всяких инновационных, цифровых реформ школьного образования внедряется аналогичная кастовая система. В Высшей школе экономики действует Институт развития образования, который возглавляет Ирина Абанкина, а курирует его инициативы Лев Любимов — заместитель бессменного научного руководителя ВШЭ, ультралиберала Евгения Ясина. Руководитель департамента образования Москвы Исаак Калина (тоже хорошо знакомый «Катюше» персонаж, играющий не последнюю роль в уничтожении русской школы ) по договоренности передал Институту 37 образовательных центров, в состав которых входят 224 школы и детских сада. Все они участвуют в программе «Университетско-школьного кластера», в рамках которой вводится система тестирования и распределения по вышеуказанным кастовым «классам» — причем касается это не только детей, но и преподавателей. Это есть не что иное, как откровенная сегрегация, запрещенная в Конституции РФ и в основных международных актах о правах человека.

Теперь понятно, почему все либеральное образовательное болото так возбудилось на новый ФГОС от Васильевой. Он бьет в самое сердце их принципов вариативности и «личных карьерных траекторий», вводя совершенно четкие критерии и требования к получению знаний для каждого школьника. Потому Кузьминов и Асмолов в спешном порядке мобилизовали более 800 преподавателей, цель которых — любыми средствами остановить задумку министра под предлогом «нарушения прав детей», давления на «свободное творчество учителя» и т.д. Вот только подписанты напрочь забыли о том, что в будущем их кукловоды откажутся и от самой профессии учителя. В их «дивном новом мире» школьники должны сидеть дома перед компьютерами и самообучаться по «модульному» принципу, а тьюторы-наставники (т.е. профессиональные менеджеры, а не педагоги) будут лишь направлять и координировать их действия. В современном западном образовании учителей уже вовсю натаскивают на внушение обучающемуся, что последний должен как можно раньше перейти на «автономное обеспечение» на основании свободного выбора источников знаний в интернете. О воспитательной функции учителя в «электронной школе будущего» вообще говорить не приходится. Остается пожелать Ольге Васильевой стойкости, решимости и бодрости духа — она явно находится на правильном пути. «Катюша» продолжит следить за принципиальным противостоянием в системе российского образования.

РИА Катюша 22.03.2018

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

zKlQ4lWcGN0.jpg

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Борьба за будущее российского образования: глобализаторы против сторонников национальной традиции.

180928082137_original_%20vyishke%20gotov

В соответствии с Указом Президента «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» к 1 октября 2018 года должны появиться программы по двенадцати национальным проектам, в перечне которых есть и национальный проект развития образования. Ввиду коротких сроков представления следует предположить, что соответствующие программы уже прорабатываются без вынесения проводимых разработок в сферу публичного обсуждения. Такая закрытость вызывает большую обеспокоенность, что в итоге народ окажется, как часто бывало, перед свершившимся фактом принятия такой концепции политике в сфере образования, которая не отвечает ни его интересам и не соответствует национальным традициям России.

В этой связи особого внимания заслуживает появление доклада НИУ Высшая школа экономики и Центра стратегических разработок А.Л. Кудрина «Двенадцать решений для нового образования». Время его публичного представления и соотнесение повестки с положениями Указа Президента дают основание предположить, что именно это документ и будут пытаться взять за основу концепции политики в сфере образования и что именно ВШЭ претендует на роль его разработчика.

Какова ценностная позиция Высшей школы экономики в системе российской науки, образования и просвещения хорошо известно – это «три кита» — неолиберализм, западническая версия глобализация и методология менеджерского подхода (прибыль как мерило успешности). Выстраивание на данной платформе политики в сфере образования, в которой особое значение принадлежит воспитательной компоненте и цивилизационным традициям социального строительства, имело бы для общества самые разрушительные последствия. Вызывают вопросы и сами претензии ВШЭ, ведь особыми достижениями в педагогической теории и практике вуз, казалось бы, не отмеченНо обратимся непосредственно к содержанию документа «Двенадцать решений для нового образования». Зафиксировав перечень актуальных проблем образования, в документ не были включены важнейшие ориентиры развития образовательной сферы, что в итоге не может не привести к деформирующим последствиям. 

Характерно отсутствие в нем следующих положений.

Во-первых, антропологических ориентиров (в том числе, ориентира гармонического развития личности), понимания ценностно-целевого образа выпускника, отсутствия упоминания о духовно-нравственных составляющих деятельности образовательных организаций.

Во-вторых, признания значимости национальных традиций российского образования (традиционное в проекте ВШЭ и Центра стратегических разработок выступает синонимом архаического), наличия национальной российской педагогики, существование ограничителей в переносе в российское образование зарубежных практик, акцентировки специфики отечественной системы образования в новой выстраиваемой модели многополярного мира.

В-третьих, обозначения роли педагогической науки, без которой практика и педагогические технологии невозможны, игнорирование, в частности, теории развивающего обучения, являющейся важнейшим вкладом отечественной педагогики в мировую педагогическую мысль и представляющей лицо российского образования, сведение функций педагога к функционалу «навигатора».

В-четвертых, духовно-нравственного и патриотического воспитания в раскрытии содержания «Двенадцати решений», сведение патриотического воспитания к группе проблем «социальная устойчивость», что противоречит, в том числе, выдвинутому Президентом Российской Федерации В.В. Путиным и поддержанному обществом концепту патриотизма как национальной идеи России.

Вызывает возражение базовая методология проекта Центра стратегических разработок и НИУ ВШЭ, выстраивающая логику развития образования исходя исключительно из запросов рынка и рыночной целесообразности. Негативные результаты применения такого подхода известны по опыту 1990-х годов. Повестка развития образования в значительной степени формируется государством, исходя из общенациональных задач, включая задачу обеспечения национального суверенитета, которые не могут быть решены рыночными механизмами, а зачастую и противоречат потребностям рынка.

Другая сторона методологии проекта — переход к системе индивидуальных траекторий в развитии образования. Это предполагается делать за счет внедрения и возможности выбора онлайн-курсов Национальной платформы онлайн-образования. За внешне привлекательным лозунгом индивидуализации обнаруживается, с одной стороны, угроза разрушения общего фундамента российской образовательной системы, а через нее и единства общества. В перспективе подмены онлайн-обучением традиционных образовательных технологий упраздняются за ненужностью, как нерентабельные, классические университетские структуры, закрываются «избыточные» университеты и остаются только те, кто формирует Национальную платформу онлайн-образования. Образования становится виртуальным и большой вопрос будет ли оно оставаться образованием, либо приобретет характер потребления информации. Национальная платформа онлайн-образования оказывается в описываемой перспективе идеологическим фильтром, формируемым субъектами ее разработки во главе с тем же ВШЭ, а соответственно упраздняется альтернатива утверждаемых ими взглядам и ценностям. Индивидуализация образования превращается, по сути, в свою противоположность – новый тоталитаризм.

Предложения нового реформирования образовательной системы обосновывается перспективой развития «цифрового образования» по аналогии с «цифровой экономикой». Без всякого сомнения, цифровые технологии повышают сегодня возможности работы образовательных учреждений. Но важно подчеркнуть, что любые технологии, включая цифровые, подчинены ценностно-целевым ориентирам образования и применяются по мере целесообразности. Существуют сегодня очевидные риски перекосов «цифровизации» образования для здоровья и психики детей, формирования компьютерной и интернет-зависимости современного ребенка.

Конечно, образование в связи с изменениями технологической и социальной реальности нуждается в изменениях. Но весь вопрос – в каком направлении эти реформы должны осуществляться.

Современная мировая ситуация в ее познавательном преломлении может быть охарактеризована как время информационного взрыва. Общий объем хранимой человечеством тем или иным способом информации с 2010 года по настоящее время возрос в 50 раз. В этой ситуации образование в качестве получения знания оказывается, действительно, как говорят сторонники реформ, лишено смысла. Дефицита информации, с чем сталкивались учащиеся прежних эпох, в настоящее время нет. Достаточно сегодня нажать на клавиши компьютера и на пользователя обрушиваются потоки разнообразной информации. Технологии оперирования «большими данными» дают возможности для быстрой системной обработки, циркулирующей в сети информации. Но как при этих технологических реалиях должна выстраиваться школа?

Один подсказываемый в рамках менеджерского подхода путь — обучение навыкам. Учить не знаниям, а умениям. Но умения без смыслов осуществляемой деятельности есть не образование в полном смысле слова, а дрессировка. Стандарты, умения и навыки без мировоззрения, ценностей и смыслов превращают человека из мыслителя и творца в функцию. Навыкам обучали рабов, действиями которых управляли хозяева. Превращение человека в школе будущего в дрессируемое под функциональные задачи существо открывает перспективы воплощения того, о чем писали в двадцатом веке фантасты в жанре анти-утопия.

Делается вывод, будто бы прежняя гумбольдтовская модель образования, как продукта XIX века, безнадежно устарела и должна быть заменена новой школой, обучающей практическим навыкам. Но, следует напомнить, что за моделью образования Вильгельма Гумбольдта находилась педагогическая модель Иоганна Песталоци. Ее ориентир состоял в формировании человека как гармонически развитой личности. Гумбольдтовское образование реализовывало, прежде всего, стратегию человекостроительства, и лишь во вторую очередь потом обучала профессии. Путь формирования новой школы обучения навыкам содержит угрозу подрыва именно человеко-строительных функций образования.

Этому подходу можно противопоставить другой подход — с приоритетностью личностного развития человека. Да, обучение через механическое воспроизводство в памяти обучаемого некого объема информации не имеет сегодня смысла. Но адресуемая человеку информация должна быть каким-то образом осмыслена и структурирована. Для ее осмысления, структурирования, креативного преобразования нужен человек — мыслитель. Это соотносится с известными словами Альберта Эйнштейна: «Целью школы всегда должно быть воспитание гармоничной личности, а не специалиста». Вначале формируется мыслитель, а уже на основе заложенного смыслового фундамента, он становится специалистом в той или иной сфере. В какой-то мере, такая модель воспроизводила бы на новом этапе и в новых формах модель воспроизводила бы систему образовательной подготовки в средневековых Университетах или Платоновской Академии.

Можно по-разному относиться к историческому опыту СССР, но трудно не признать, что созданная модель советской школы была одной из лучших, если не лучшей в мире. Советское образование, как минимум, не уступало образованию западному и позволяла на определенном этапе переигрывать оппонентов.

Известно, какое заключение сделали американская межведомственная комиссия, исследовавшая причины советского прорыва в сфере космонавтики – преимущества советской школы. Известны и слова Джона Кеннеди: «Советское образование – лучшее в мире. Мы должны много из него взять. СССР выиграл космическую гонку за школьной партой». И то, что противники СССР считали едва ли не главным его преимуществом, было демонтировано собственными руками.

В постсоветские годы, как само собой разумеющееся, было заявлено, что советская система образования устарела. Действительно, она нуждалась в определенной модернизации. Но сама модель была не только функциональной, но и перспективной в проекциях будущего. Ее главным преимуществом было наличие фундаментальной подготовки и механизмов личностного развития.

Советское образование являлось образованием исходной широкой фундаментальной подготовки. Оно было ориентировано на формирование человека – творца. Существовала идущая еще от видного советского психолога Льва Выготского и получившая продолжение в рамках школы Эльконина – Давыдова система проблемного, развивающего обучения. Через решение проблемных задач развивались творческие потенциалы человека, осуществлялось его интеллектуальное развитие. Только получив фундаментальные широкие знания, только достигнув определенного уровня интеллектуального и нравственного развития, учащийся находил себе нишу специализации. Принципиально иначе — под профессиональные компетенции выстраивалась система образования на Западе. Для общества рыночной конкуренции требовалось, естественно, готовить человека, который будет конкурентоспособен на рынке. Но можно ли решать нестандартные задачи без наличия образования фундаментального? Можно ли без фундаментального образования идти вперед, открывая новые, еще не существовавшие ранее профессиональные ниши и их осваивать на основе применения общей методологии?

Данные Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся свидетельствуют о вызове, который бросает сегодня Западу не только в экономике, но и образовании Восток. Первые позиции по всем видам грамотности занимают азиатские страны. Из западных же в обойму лидеров входят, прежде всего, те, кто основывался на традициях российско-советской школы фундаментального образования. Сила Востока в образовательном плане очевидна – сохранение национальных традиций, то, что оказалось в значительной степени порушено у нас.

Многие в России связывают восстановление традиций отечественной образовательной системы с министром просвещения Ольгой Васильевой. Пока эти надежды не оправдались в ожидаемой мере, слишком сильна либеральная инерция реформ, слишком сильно давление на власть экспертных центров сторонников глобализаторства. И все более очевидно, что неолиберальной версии программы реформ в сфере образования должна быть противопоставлена национально-ориентированная программа.

Последние годы в мире четко обнаруживаются различные процессы, которые в своей совокупности могут быть охарактеризованы как кризис системы однополярности. Образование, как и другие институты жизнеустройства, также выстраивалось под модель однополярного мира. Происходила унификация национальных образовательных систем под единый стандарт глобального образовательного пространства. Национальные образовательные системы принимали эту универсализацию с различной степенью инерционности и сопротивления. Сегодня возникают большие сомнения в правильности этого пути развития.

Конечно, национальные образовательные системы не должны замыкаться, что, собственно, сегодня и невозможно. Но принимая позитивный опыт других стран, национальные системы образования должны сохранять свои стержневые традиции и подходы, позволяющие отличить российскую, китайскую, или немецкую образовательную модель.

Противоборство глобализаторов и сторонников национального государства составляет сегодня мейнстрим мирового политического процесса. Одной из важнейших площадок этой борьбы является сфера образования. Происходит такая борьба, естественно, и в России. Понимание существа происходящего противоборства дает ключ к осмыслению той остроты полемики, которая возникает сегодня в отношении перспектив образовательной политики.

28.09.2018

Автор Вардан Багдасарян 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

1499778950_15293_kolokol.jpg

Васильева против либералов: битва за традиционный учебник

Почему специалисты ВШЭ и прочие «агенты перемен» мечтают уничтожить национальную образовательную литературу?

В конце июня министр образования и науки Ольга Васильева заявила свою позицию по необходимости унификации школьных учебников и сокращения общего количества серий (линеек) по основным предметам до двух-трех. И закипела работа… Эксперты из Российской академии образования, специалисты по профильным дисциплинам начали приводить не в меру расплодившиеся учебные пособия к единому знаменателю. Но параллельно, а точнее, в противовес, вели свою работу силы с прямо противоположными целями. Они ставят вопрос ребром – бумажные учебники, мол, устарели, и должны навсегда остаться в прошлом. Мало кто обратил внимание, что в своих рассуждениях по этой теме Васильева фактически сражается за сохранение традиционных методов обучения. «Колокол России» попытался разобраться, что нам готовят апологеты «школы будущего» и чем грозит отказ от наработанного веками национального образовательного опыта.

Недавно Ярослав Кузьминов, ректор одного из главных российских либеральных институтов – Высшей школы экономики, – объявил, что бумажному учебнику осталось жить не более пяти лет. Нашим реформаторам-обновленцам не дают покоя западные либерально-капиталистические концепции, согласно которым учебные пособия должны переехать в «облачные сервисы» интернета. Они намерены нивелировать не только функции учебника, но и роль современных учителей в образовательном процессе. В их «идеальном мире» школьники будут сидеть дома перед компьютерами и самообучаться по «модульному» принципу, а тьюторы-наставники будут лишь направлять и координировать их работу.

Оценка приобретенных детьми и подростками навыков и компетенций (а не фундаментальных знаний) проводится в формате ECTS – Европейской кредитно-трансферной (Болонской) системы. Вместо пятибалльной шкалы там – буквы и двузначные числа, а сами навыки трансформируются в «кредиты», которые должны отдавать ученики путем выполнения тестовых заданий. В отдельных регионах страны переход на новый формат уже состоялся, пока тихой сапой, но расширение процесса продолжается.

А чего еще можно было ожидать после добровольного влезания России в Болонские соглашения? За громкими лозунгами «адаптации к бурно развивающемуся миру» скрывается глобальная цель – превратить образование в раба транснацкорпораций. Государственные границы не должны быть помехой для модификации «человеческого капитала», следовательно – национальное образование является для глобализаторов не более, чем пережитком прошлого.

Васильева в своем программном тексте показала, что тонко чувствует описанные тенденции и прекрасно понимает, каким может стать новое российское общество при системе «образования без образования» (т.е. после внедрения самообразования), после окончательного ухода государства с этого «рынка».

Первейшая функция школьного учебника – социализация и культурная адаптация ученика. Психологи называют это «проекцией» и «идентификацией» – защитными механизмами, адаптирующими ученика младших классов к действительности. Дело в том, что начало обучения в школе сопряжено с психологически травмирующем состоянием – у ребенка просто нет готовых поведенческих схем для новых условий, его мозг постепенно подстраивается под изучение неизвестных дисциплин – арифметики, чтения и т.д., учится взаимодействовать с другими членами социума в незнакомой среде – вне родных стен.  

И Васильева особо подчеркивает – речь идет о социализации маленького человека в родной культуре – «той, в которой ребенок родился и живет, которая его окружает, никакой иной для него до поры до времени просто не существует. Культура определяет происходящее по ее нормам (традициям) общение ребенка со сверстниками, взрослыми, с окружающим его миром, выстраивает отношения с природой, людьми, с самим собой. А системность в этот процесс привносит учебник. Он упорядочивает, обобщает взгляд на вещи, описывает, объясняет и фиксирует. Рисует запоминающиеся навсегда образы природы, народа, Родины. Хотите узнать, как гражданин той или иной страны видит себя и других, – откройте учебники, по которым он учился в школе».

Развивая мысль, Васильева раскрывает социализирующую, адаптационную роль учебника: «Вряд ли кто-то не согласится с тем, что школьный учебник являлся и является мощнейшим организатором многомилионной гражданской нации. Убери из детства наших детей эти единственные и на всю жизнь объединяющие их книги, и мы получим поколение, «выпавшее из контекста». Оно будет образованно, но не будет при этом носителем общих смыслов, общих представлений о героях и антигероях своего народа, своей страны. Они не смогут чувствовать себе гражданами, ибо гражданская совесть и гражданская ответственность – это чувства, прежде всего».

Чувствуете недвусмысленный намек от министра? Речь идет ни много ни мало о демонтаже национального суверенитета, остающегося последним серьезным барьером для глобализаторов. Самообразовываясь в облачных сервисах, конечно, можно впоследствии стать гражданином – но только гражданином мира, а не своей страны, «космополитом безродным» – как тонко и понятно характеризовали таких людей в советские времена. Но если в СССР космополитизму объявили решительный бой, то сейчас российский народ, напротив, ускоренными темпами загоняют в огромную Болонскую резервацию. Абстрактный мультикультурализм при отсутствии знаний национальной культуры, собственной истории, грозит нам всем превращением в Иванов, родства не помнящих. И это на самом деле очень серьезный глобальный вызов, который успели осознать многие т.н. евроскептики.

***

Специалист по истории педагогики и образования, академик РАО Михаил Богуславский в беседе с обозревателем «Колокола России» отметил, что поддерживает начинания Васильевой по унификации учебников и централизации образовательного процесса в стране. При этом он указал на необходимость повышения качества учебных материалов.

28-20920197056_92c30af7f16a0f8162cd0524d

«Когда пособий великое множество, они не стыкуются друг с другом, разрывается единое образовательное пространство. Собственно, из-за этого и было предложено их унифицировать.

К проблемам относится недостаточное качество учебников. Недавно мы проверяли учебники для начальной школы по одному очень важному предмету и забраковали все 56 изученных экземпляров – поставили оценки не выше «тройки с минусом». Это не может не настораживать. Поднятие качества этих учебников и создание единого образовательного пространства планируется закончить к 2020 году. Тут позиции Минобрнауки абсолютно ясны и не вызывают сомнений.

Надо понимать, что единый учебник – это метафора, потому что не может быть по любому предмету в школе менее трех пособий – базового, профильного и для школ с проблемными детьми. То есть если говорить профессионально, речь идет именно о создании единого базового учебника.

С другой стороны, многие боятся жесткой стандартизации, как в советские времена. На учебнике, которым я пользовался, например, в 80-е годы прошлого века, была надпись: «издание 17-е, стереотипное». Раньше содержание учебников почти не менялось за 10-15 лет, разве что проводилась небольшая модернизация. Люди опасаются навязываемого единообразия, ухода от вариативности. Но сейчас бояться надо не этого – в любом случае, лучше один хороший учебник, чем шесть плохих. Для меня это аксиома», – рассказал Богуславский.

При этом министр указала на примат «умных, опытных и мотивированных учителей» над морем учебной литературы. Безусловно, хорошему учителю учебник нужен лишь в качестве ориентира по основной образовательной программе, чтобы не отклониться далеко в сторону. В ходе обучения на уроках он делает ставку на собственные образовательные средства. Но опасность кроется в том, что вслед за отказом от традиционных носителей информации, переходом на домашнее самообразование, может сойти на нет и роль учителя.

«Интернет очень сильно изменил жизнь и ученика, и учителя. На сегодня учебник для школьника – уже не единственный и не главный источник информации. И приходится констатировать, что школа также становится не единственным местом обучения. Современная роль учителя – это роль «контентообразующая», роль координатора, своего рода фильтра в потоке массовой информации», – отметил Богуславский в интервью «Колоколу России».

***

Мы видим, что в современном западном образовании функция учителя низводится до навигатора или даже расширенного интернет-поисковика – только не с искусственным, а биологическим интеллектом. Его натаскивают на внушение обучающемуся, что последний должен как можно раньше перейти на «автономное обеспечение» на основании свободного выбора источников в интернете. О воспитательной роли учителя в «электронной школе будущего», увы, вообще говорить не приходится.   

Образование всегда было частью социального инжиниринга. Вопрос в том, какие цели при этом преследуются. Если в советское время оно ставило себе задачу воспитания совершенного человека нового типа в совершенном обществе, получившую свое высшее развитие в романах-утопиях братьев Стругацких, то в эпоху диктатуры транснационального капитала у него противоположные цели – превратить большинство в малорефлексирующих биороботов.

А поскольку наши чиновники в основном радостно заимствуют и внедряют западные стандарты, проводят тренинги «учителей будущего» и «агентов перемен» под эгидой «Ельцин-центров» и ВШЭ, с оптимизмом смотреть в будущее тяжело. Глобализаторы уже выстроили продуманную схему, согласно которой все участники образовательного процесса превращаются в сотрудников огромной корпорации. Учителя, бакалавры, магистры в ней всего лишь менеджеры среднего звена и топ-менеджеры, а на самом верху находятся главные заказчики и бенефициары – «хозяева денег» и «хозяева идей».

Это вовсе не многополярный мир, о неизбежности утверждения которого любят рассуждать наши дипломаты. Это будет серый мир без культурно-национальной идентификации, без любви к родной истории. И здесь проходит водораздел между патриотами и либералами. Для первых унификация учебников и, шире, сохранение традиционной образовательной литературы – вопрос выживания, суверенитета, гармоничного развития будущих поколений. Вторые же, напротив, как огня боятся единой линейки учебников, пытаются внушить нам относительность таких понятий как «Родина» и «патриотизм», игнорируют позицию консервативного большинства россиян. Ставки в этой кампании очень высоки, и генеральное сражение еще впереди.

Автор: Иван Ваганов

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Андрей Фурсов. «Реформа образования»

Пользователь:Виктор Смирнов

Андрей Фурсов. «Реформа образования» 27.04.2014

 

Сфера образования в последние годы стала полем самого настоящего сражения между сторонниками его реформирования и их противниками. Противники — профессионалы, родители, общественность; сторонники — главным образом чиновники и обслуживающие их интересы«исследовательские структуры» — продавливают «реформу» несмотря на широкие протесты. Пишу слово «реформа» в кавычках, поскольку реформа — это нечто созидательное. То, что делают с образованием в РФ — это разрушение, сознательное или по глупости, некомпетентности и непрофессионализму, но разрушение. Отсюда — кавычки.

Одной из линий противостояния «реформе» образования была и есть критика закона об образовании, других нормативных актов, выявление их слабых мест, нестыковок и т.д. Здесь уже сделано немало и с большой пользой. В то же время возможен и другой подход: рассмотрение комплекса«реформаторских» схем и документов — ЕГЭ, Федеральный государственный образовательный стандарт (далее — ФГОС), Болонская система (далее — БС) в целом как некоего общественного явления в более широком социальном и геополитическом (геокультурном) контексте, а также в плане информационно-культурной (психоисторической) безопасности страны, которая в современном мире является важнейшей составляющей национальной безопасности. Значение социального контекста понятно: любые реформы, тем более в образовании, всегда связаны с интересами тех или иных групп, учреждений, имеют социальные цели. «Геополитический контекст образовательной реформы» — такая формулировка на первый взгляд может вызвать удивление. Однако сегодня, когда геополитические противостояния приобретают всё более выраженный информационный характер, когда политическая дестабилизация достигается с помощью сетецентричных войн, т.е. информационно-культурного воздействия на сознание и подсознание групп и индивидов (как это делается, мы могли наблюдать в ходе так называемых «твиттерных революций» в Тунисе и Египте), а результат этого воздействия во многом зависит от уровня образования объекта воздействия (чем выше уровень образования, тем труднее манипулировать человеком), состояние образования становится важнейшим фактором геополитической борьбы. Не менее важным, чем, скажем, уровень социальной поляризации, измеряемый такими показателями, как индекс Джини и децильный коэффициент. Я имею ввиду то, что если, например, система образования способствует росту поляризации (вплоть до состояния «двух наций», как это было в Великобритании в середине XIXв. или в России в начале ХХ в.), то она работает на обострение социальной напряжённости, а следовательно, снижает уровень не только внутренней (социосистемной), но и внешней (геополитической) безопасности общества. 

10.11.2011 

Читать полностью ЗДЕСЬ  "Реформа" образования и ее подоплека", статья Андрея Фурсова 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Достойное образование можно получить только вопреки системе. Андрей Фурсов

Пользователь:Мировая история

Достойное образование можно получить только вопреки системе. Андрей Фурсов 26.04.2017

Историк Андрей Фурсов о том, кто и с какой целью разрушал советское образование.

Почему ЕГЭ и Болонская система готовят не творцов и аналитиков, а «квалифицированных потребителей», не склонных к анализу реальности.

Как помочь своим детям стать разносторонне развитыми личностями и получить полноценное образование.

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Андрей Фурсов - Образование в опасности

Пользователь:Андрей Фурсов
Андрей Фурсов - Образование в опасности

На портале "День ТВ" (www.dentv.ru) русский историк и социолог Андрей Фурсов анализирует ситуацию в современном образовании. 02.07.2012

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
reinchil

Сталин против Грефа.     Советское образование сегодня?

Источник:Думай Сам/ Думай Сейчас

Сталин против Грефа. Советское образование сегодня? 27.08.2020

Сложно не заметить деградацию отечественной системы образования. Словно 4 всадника апокалипсиса в разрушительной скачке проносятся над российской школой болонизация, ЕГЭ, оптимизация и удалённое обучение. Что же делать? Каждого ответственного родителя волнует этот вопрос. Многие сегодня с ностальгией вспоминают советскую школу. Но можно ли дать детям знания того же качества в современных условиях? Можно! Как? Ответ в этом видеоролике.

Андрей Фурсов

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас

  • Дни рождения в этом месяце празднуют:

    • Антивор
    • Вадим великолепный
    • Сибиряк
    • varava1990
    • Albinnka
    • sania
    • sonoscape
    • psiholog
    • Piratobn
    • Русалочка
×
×
  • Создать...

Важная информация

Чтобы сделать этот веб-сайт лучше, мы разместили cookies на вашем устройстве. Вы можете изменить свои настройки cookies, в противном случае мы будем считать, что вы согласны с этим.

Вверх